«Бывает, человек близко-близко наклоняется и говорит: «А у меня туберкулез». Ольга Александровская

Православное движение «Курский вокзал. Бездомные, дети» помогает и тем, кто живет на улице, и просто бедным людям, которым нужна поддержка. Ольга Александровская рассказывает о жизни движения и о специфике работе с людьми, у которых нет дома.

– У нас такое странное название, потому что 15 лет назад, когда мы образовались, на всех вокзалах было огромное количество детей и подростков. И однажды на форуме Андрея Кураева собрались люди и пошли кормить детей. Через полтора года ситуация законодательная изменилась, дети подросли. Но мы не смогли уйти с вокзалов, потому что взрослые бездомные просили нас:

«Оставайтесь с нами, помогайте нам». 

И вот уже шестнадцатый год мы бродим по вокзалам. 

Яково-Апостольский храм позволил поставить пункт помощи на своей территории возле Курского вокзала. А офиса у нас нет. Мы все прихожане разных храмов, и все – добровольцы.

К нам приходят не только бездомные, но и просто бедные люди – бабушки, дедушки. Мы даем им теплую одежду, обувь, нижнее белье и средства гигиены. Угощаем чаем или кофе с бутербродами. Когда люди хотят помянуть своих усопших родственников, они или заказывают для нас доставку, или переводят нам деньги, а мы сами покупаем молоко, колбаску и масло. И просим бездомных молиться за тех, кого поминаем сегодня.

Мы раздаем вещи по средам и четвергам, с 10.00 до 17.00. До пандемии у нас ворота были открыты, люди приходили в любое время и сколько угодно раз. В день у нас бывало до 180 человек. Это было тяжело и физически, и эмоционально: люди стояли на морозе, раздражались друг на друга и на нас. Кто-то хотел пройти без очереди, кто-то долго выбирал себе одежду. Бывали случаи воровства: человек поставил сумку в сторону, чтобы рассмотреть штаны, обернулся – сумки нет. Многие пожилые люди заглядывали в наш дворик и говорили: 

«О, я не смогу столько стоять». 

И проходили мимо. 

Пандемия расставила все по своим местам: чтобы одновременно не собиралось слишком много людей, мы придумали систему талонов. По вторникам мы кормим людей недалеко от Курского вокзала и выдаем им талоны на определенное время. Например, с 10.00 до 10.30 могут прийти пять-шесть человек, в следующие полчаса – ещё столько же… Запомнить их всех невозможно, но мы заводим на каждого страницу в компьютере и проверяем, когда человек у нас был в последний раз. Если на прошлой неделе – просим его только попить чай, а за вещами прийти в следующий раз.

У новеньких мы спрашиваем, как они оказались в Москве, есть ли у них родственники и не нужно ли помочь уехать домой. Иногда человек говорит: «Я шесть дней назад приехал». И уже пришел к нам? Что же такое с ним случилось за эти шесть дней? Он мог утратить паспорт, не найти работу… Мы всегда готовы его направить. Например, есть Дом трудолюбия «Ной», где он будет и деньги зарабатывать, и жить трезво. Есть бесплатные приюты-хостелы, которые открыли другие организации и где человек может пожить, пока он восстанавливает паспорт, чтобы не болтаться все это время на улице.

Мы – самая низкопороговая организация. К нам может зайти любой, не нужно приносить ни «флюшку», ни справку о прожарке («флюшка» — это флюорография, «прожарка» — это избавление одежды от насекомых). Иногда к нам приходят люди, которым другая организация уже купила билет на поезд до дома. Но ему ехать сутки-двое. И у нас всегда можно взять в дорогу чай, сахар, хлеб, продукты быстрого приготовления. Мы все с удовольствием нарежем, засунем в пакетики и отправим: 

«Езжай, дорогой, ангела-хранителя тебе».

Нам жалуются на жен, на родителей, на правительство. На советскую власть, которая бросила, на капиталистическую, которая не поддерживает… И на нас жалуются, когда здесь чего-то нет. Например, мы дали обувь б/у, а через неделю она развалилась. Человек приходит с претензией: «Вот вы мне дали плохую обувь». Мы отвечаем: «Ну, дорогой, давай поменяем. Но лучше б ты за эту неделю себе на обувь заработал, конечно». И люди обижаются.

Жизнь на улице – очень тяжелая, травмирующая. Человек находится в постоянном стрессе. Он все время чего-то боится: то полиции, то своих же товарищей, которые могут что-то отнять, побить. Каждый день искать еду и ночлег – это тоже стресс. Из-за этого личность человека меняется. С одной стороны, ему плохо, а с другой – попадая в покой (например, в приют), он не может к этому привыкнуть. Поэтому нельзя просто поселить где-то бездомного и через день отправить его на работу. Нужен какой-то реабилитационный период.

У тех, кто долго живет на улице, уже нездоровая психика. Что мы только о себе не слышали! Что мы тут устроили притон. Что мы «всю одежду, которое нам дает правительство, продаем на сторону, а людям оставляем одни обноски». Правительство нам, конечно, ничего не дает – все приносят добрые люди. Я лично кого-то «избивала», у одной бабушки мы «украли драгоценности», на меня писали в патриархию, даже несколько раз вызывали полицию. Вот такие были фантазии! Люди больны, больны.

Я очень хорошо понимаю людей, которым неприятны бездомные, ночующие в их подъездах. Это плохой запах, это присутствие человека, которого ты не знаешь и который может быть агрессивным. Но если вызвать полицию – она просто выгонит человека, и он замерзнет. А на следующий день в подъезд снова придет какой-нибудь бездомный… Я пока не знаю, как решать эту проблему. 

Нам всегда нужна мужская одежда и обувь по сезону. Женской одежды и так приносят много, к тому же женщин у нас, слава Богу, гораздо меньше, чем мужчин. Самые востребованные размеры – 48, 50, 52. А еще нужны мелочи, на которые многие не обращают внимания. Носовые платки, бумажные салфетки, маникюрные ножницы или кусачки для ногтей, булавки. Очки очень важны – у многих проблемы со зрением. Если кто-то купил новые очки, а старые валяются – вот пусть не валяются, отнесите их нам, только подпишите, какие у них диоптрии. Мы будем очень благодарны. 

Иногда приходит человек, у него куртка распоролась по шву. Говорит: «Дайте новую». А куртка у него теплая, и молния работает. Я отвечаю: 

«Дорогой, а давай я тебе лучше дам иголку с ниткой, и ты здесь посидишь и зашьешь». 

И он с радостью соглашается. Поэтому иголки с нитками нам тоже нужны. Кстати, иголки достаточно трудно купить! В торговых центрах они дорогие. И нужны не китайские, которые гнутся во все стороны, а нормальные стальные. С широкими ушками, потому что зрение у всех плохое. Я уже все иголки вынесла из дома, у меня осталась одна… Бывают, конечно, люди, которые не хотят зашивать, говорят: «А я у вас никогда не брал куртку, дайте мне!» Ну, дорогой, я тебе покажу, что у нас есть, но лучше твоего тут нет. Почему-то некоторые считают, что у нас супер-пупер вещи, практически магазин. 

Нам приносят ненужную одежду прихожане и жители района. Часто – хорошую, потому что они знают наши требования и доверяют нам. Но этих вещей недостаточно, чтобы одеть 80 человек два раза в неделю. С 2017 года мы работаем со «Вторым дыханием». Они поставляют нам одежду по сезону. Сейчас – теплые штаны, которые можно надеть вниз под брюки, свитеры, шапки, шарфы, рубашки, футболки. Зимние куртки – причем с работающими молниями, все как надо. И пуговицами они нас недавно обеспечили – теперь можно пришить, если оторвалась. Без «Второго дыхания» мы не смогли бы помочь такому количеству людей.  

Бывает, человек близко-близко наклоняется и говорит: «А у меня туберкулез». Ну и что, дорогой? Ты пришел меня напугать или взять чего-то? Я 12 лет в движении. И ни разу у меня не было никакого заболевания, которое можно подхватить от бездомных. Надо соблюдать определенные правила безопасности, с которыми мы знакомим всех добровольцев, и все будет в порядке. Общаться с бездомными не страшно.

Фотографии: Алексей Абанин для ВТОРОГО ДЫХАНИЯ

Благодаря вашим пожертвованиям, мы превращаем сданную одежду в добрые дела